скилов картинки л2

2017-10-18 18:21




- Знаешь, что Ленка мне вчера на праздник подарила? - Что? - Секс! - Блин, какая неоригинальность... Всем одно и то же дарит.


Работа, которая не кормит, называется хобби. Хобби, которое не радует, называется работа.






Так чем же все-таки пахнет программист?.. Он пахнет вчерашней лапшой магазинной, Некормленной кошкой, двухдневной щетиной, Носком неопрятным, просроченной водкой, Кофейною гущей, сгоревшей проводкой, Он пахнет советским, столетним, ядреным Тройным и убийственным одеколоном, Бумагой измятой и пыльной дискетой, Четыреста сорок восьмой сигаретой, Но все же наивен и девственно чист Наш милый и добрый дружок-программист Когда рядом с ним нарисуется мина Немного обиженного сисадмина…


Байконур, Советская Армия, восьмидесятые. Батальон наш пригнали в Южно-Казахские степи из братской Монголии, молодняк с трудом заняли на каких-то работах, а на нас, «дедов», махнули начальственной рукой, бросив умирать со скуки и безделья. Дабы самые боеспособные единицы (т.е. старослужащие) окончательно не деморализовались, для них придумывались разные должности, на которые можно было поставить «Дедушку Советской Армии», не встретив сопротивления последнего из-за несоответствия солидности поста и личности «деда». Кроме прочего была введена и не предусмотренная штатным расписанием должность «Помощника Дежурного по части». И как-то, в порядке очередности, попал в «Помощники» и я. Дежурство по части выглядело примерно так. Офицер, Дежурный по части, говорил «Деду-Помощнику», чтобы тот разбудил его за 10 минут до подъема и шел спать. «Дед» отправлялся в свою казарму и, зевнув, наказывал Дежурному по роте разбудить его за 15 минут до подъема. Дежурный по роте, показав увесистый кулак дневальному, отдавал приказ поднять его за 20 минут и с легким сердцем засыпал. Дневальный пинками поднимал с койки самого зачморенного бойца и зловеще обещал ему все кары небесные, если тот не растолкает его за полчаса до побудки. В итоге все происходило по принципу домино, и все дружно дрыхли, пока с пустого плаца не раздавались истошные вопли комбата. Так было и в этот, особо памятный для меня, раз. Оторавшись, комбат легкой рысью удалился в штаб, куда вскоре вызвали и меня. Когда я явился в штаб там сидел грустный лейтеха - дежурный, который уже знал что-то такое, чего пока не знал я. Комбат, с улыбочкой оголодавшей гиены, ласково поинтересовался у меня - сколько раз за ночь я проверял посты у складов? Я невозмутимо ответствовал, что согласно уставу караульной службы через каждые ...надцать минут, как и положено, а то как же, я ж все ж таки солдат, мы ж службу знаем! «А когда, милок, ты последний раз видел часового Сидорова?» (Не помню я его настоящую фамилию - годы...) «А вот» - говорю: «Как последний раз проверял, так и видел, прям как Вас сейчас!» «Ну что ж» - говорит комбат: «Тогда, значит, далеко уйти не мог, ищите, а не найдете - я расстараюсь, но в «дизель» тебя упеку, поскольку крови ты мне уже достаточно выпил и до этого!» В общем, молодой боец Сидоров из части сделал ноги, а когда все это было - только одному Байконурскому Богу известно, так как мы все дружно спали и посты проверять, и в мыслях не имели. Итак, нам с лейтехой было отпущено два-три дня на розыск беглеца, пообещано примерное наказание и частичная амнистия в случае обнаружения объекта. Поисковую экспедицию мы начали с города Ленинска, центра космонавтики Отчизны, где мы переоделись в «гражданку» и отправились в кабак (а как же иначе следствие вести? Во всех голливудских детективах с этого и начинают). В этом же кабаке с каким-то космическим названием («Сатурн», что ли? Не помню) и закончился наш первый день. Второй день тоже не сулил никаких находок и мы, вернувшись из города, стояли на крыльце казармы, с которого открывался хороший вид на прилегающую к военному городку пустынную местность. На местности, метрах в двухстах от нас, возились какие-то люди, что-то копая и оживленно жестикулируя. От нечего делать, я крикнул дневальному, чтобы тот сходил посмотрел, в чем дело. Боец удалился, дошел до толпы, которая потихоньку прибавлялась, что-то там спросил и вприпрыжку понесся к нам. « Ну, что там?» - спросили мы. « Сидорова откапывают!» - ответствовал воин. Мы переглянулись, одновременно подумали: «Все, нам хана!» и пошли к раскопкам, с трудом двигая ватными ногами. У полузасыпанной траншеи суетился народ с лопатами, откидывая землю и песок от каких-то железных бочек. Время от времени работы прекращались, в траншею спрыгивал очередной любопытный офицер, орал что-нибудь вроде: «Ну, как ты там, сынок?!», прикладывал к бочке ухо, после чего работы возобновлялись в ускоренном режиме. На деле произошло следующее - молодой боец Сидоров, устав от постоянных наездов, нападок, дежурств и прочих лишений воинской службы, решил хоть раз в жизни выспаться по-человечески, свалил с поста, залез в траншею (Южный Казахстан - теплынь), забрался в валявшуюся там бочку, натянул вторую себе на ноги и отдался во власть Главного Солдатского Бога - Морфея. Спал он крепко, видел во сне родное село, поля, по которым шли трактора, распахивая жирный чернозем, и когда поутру к траншее приехал настоящий бульдозер, Сидоров воспринял происходящее как продолжение сна. Бульдозер, ведомый крепкой рукой тракториста, засыпал, как и было приказано, траншею и укатил, с осознанием честно выполненного долга... Спасли Сидорова (и нас) два обстоятельства: первое - то, что тракторист тоже был солдатом, к работе относился довольно халатно и завалил бочки не целиком, а второе - то, что днем у этой траншеи присели покурить два неприкаянно шатавшихся «деда». Поглощая никотин и прочие смолы « деды» услыхали какие-то странные звуки-стуки из-под земли, заинтересовались их происхождением, разгребли руками землицу и подняли тревогу. В общем, когда бочки были откопаны и раздвинуты, на всеобщее обозрение предстали копыта рядового Сидорова, который, как учила с детства мама, снял обувь, перед тем как спать ложиться. Толпа спасателей вцепилась в эти самые копыта и извлекла на свет Божий их обладателя. Самым счастливым среди всех был я, так как Сидоров еще ничего не понял, а лейтеха отделался бы каким-нибудь взысканием. Я подошел к воскресшему, обнял его и по простому, по солдатски сказал: «Диоген ты е@#$#й!!!». С этой самой кличкой и дослуживал боец Сидоров свои оставшиеся полтора года.